Письма к дядюшке Клодомиру:
натаска подружейной собаки.
Глава IX. В поле.

Роберт Домманже.

Когда Фрам почти понял, что он должен сделать при встрече с дичью, Вы можете вести его в поле.

В некоторых странах дрессировка в поле может происходить круглый год; в других, наоборот, в течение трех летних месяцев обрабатывание земли мешает всякой работе; дело дрессировщика распределить занятия своих учеников, сообразуясь с местными условиями; здесь я не могу дать никакого совета.

Предпослав это замечание, воспользуемся, дядюшка Клодомир, прекрасными солнечными днями и поведем Фрама знакомиться с куропатками.

Ваша первая забота - так управлять поиском, чтобы Фрам постоянно подставлял ветру свой профиль в то время, когда он идет полным ходом, и поворачивал бы свой нос против ветра только в тот момент, когда он хочет решить задачу, заданную донесшейся до него эманацией.

После всего, что я писал Вам о поиске челноком, это дело не очень трудное.

Вы, идя сами как раз против ветра, пользуетесь жестом, чтобы направить собаку вправо, свистком, чтобы остановить ее движение в этом направлении, и снова жестом, чтобы направить ее влево.

Всякий раз, как Фрам собьется с этого правильного поиска, заставьте его свистком лечь, дайте ему одно мгновение одуматься и перевести дух и снова пустите в поиск.

Через двадцать выходов в поле Фрам, уже рутинированный упражнениями дрессировки, последовательность которых мы описали, начнет понимать, какое положение он должен занимать на ходу по отношению к ветру.

«Хотите знать, откуда ветер ?» сказал мне однажды дрессировщик Барбари: опустите мою собаку Блэк-Ирис и посмотрите ее на поиске, ветер совершенно перпендикулярен к направлению ее челнока».

Это была правда.

Итак, собака доходит до того, что знает, как она должна работать по отношению к ветру.

С некоторыми животными Вы достигнете этого скоро; с другими - это будет более длинная история, но я не думаю, что возможно совершенное отсутствие успеха: я видел собак, покрывших своих дрессировщиков полным бесславием на публичных испытаниях по ужасной своенравности своего характера, но по отношению к ветру эти же самые собаки искали правильно, из чего видно, что, если не смогли их рутинировать в твердости стойки и спокойствии при виде дичи, все же достигли успеха в постановке правильного поиска.

Теперь представляется вопрос, какой размах должен иметь челнок ? Иначе говоря: на какую дистанцию собака должна удаляться направо и налево ?

Это зависит от охотника и собаки.

Если Вы дрессируете собаку для случайного клиента, справьтесь сперва о его вкусах и на основании этого ведите, если это возможно, работу собаки; я говорю: «если возможно» потому, что очень трудно сократить сверх меры некоторых энергичных собак и совершенно невозможно дать быстроту собакам, от природы медлительным.

Когда Вы будете дрессировать собаку для вашего хозяина, постарайтесь, дядюшка Клодомир, узнать его вкусы и скажите ему откровенно: «Это собака такая, или не такая, как Вам надо».

Это лучший способ, чтобы не слышать впоследствии упреков и не применять в дрессировке фокусов: дрессировка должна быть приспособлением природы, а не переделкою ее.

Я думаю, что, позволяя собаке хорошего хода и очень хорошего чутья удаляться в поиск на шестьдесят пять метров направо и налево, ее подготовляют для удобного пользования ею на практической охоте; я также полагаю, что полезно в первое время давать большую ширину поиску собак, назначенных для филдтрайлсов по английскому способу.

Но в чем я совершенно уверен, так это в том, что собак, обладающих только средним чутьем, должно отпускать самое большее на двадцать метров направо и налево: такие собаки часто влетают в выводок куропаток прежде, чем охотник заметит, и вся птица, подымающаяся в двадцати метрах, бывает уже на расстоянии тридцати пяти метров, когда она выдерживает первый выстрел; все садочные стрелки скажут Вам, что тридцать пять метров уже такая дистанция, на которой больше шансов пропуделять или ранить, чем убить.

Вы знаете чутье собаки, знаете вкус хозяина, работайте в соответствии с ними, но, во время дрессировки, постоянно держите поиск скорее несколько уже, чем шире предела, который Вы установили.

Вопрос о быстроте хода - вопрос очень важный: у каждой собаки имеется аллюр, более, чем всякий другой, для нее естественный, он и будет для нее наилучшим, на нем она и даст самую лучшую работу.

Но вот Фрам повернул носом против ветра, сделал короткую полустойку и погнал поднявшийся на крыло выводок.

Вот удобный момент посмотреть, вспомнит ли собака уроки божиться по свистку.

Давайте через короткие промежутки сильные и настойчивые свистки: фьююю, подняв правую руку. Настанет момент, когда собака, бросив бесполезность преследования, опомнится и, возвращаясь к Вам, услышит Ваш сигнал. Допустим, что она еще опьянена страстью и отказывается повиноваться, постарайтесь всеми, находящимися в Вашей власти, средствами показать ей, что Вы являетесь ее хозяином, затем велите Ригоберу взять ее на сворку.

Ваш сын отведет Фрама на то место, где он впервые причуял дичь, и обычным приказанием заставит его там лечь.

Я думаю, что добрых двадцать минут лежания заставят собаку понять, что она должна была бы сразу лечь, вместо того, чтобы срывать со стойки.

Я не советую Вам бить в этом случае собаку, ибо такой совет был бы неудачным.

Если побить собаку, то в другой раз, вспомнив о побоях, она не вернется к Вам, когда страсть увлечет ее в новые проказы.

Я читал одно немецкое руководство к дрессировке, в котором говорилось, что некоторые собаки, которых очень много били, становились равнодушными к доносившимся до них эманациям: они не могли понять били ли их за то, что они причуяли дичь, или за то, что они погнались за нею и, в конце кондов, стали считать встречу с дичью за вещь очень неприятную.

Надо, чтобы такие собаки имели очень мало страсти.

Как бы то ни было, избегайте жестоких наказаний и наказывайте лишь продолжительным лежанием, по крайней мере вначале.

Всякий раз, как Фрам сделает стойку, заставляйте свистком его лечь, идите к нему, посылайте его вперед, чтобы он приблизился к птице и мог решить задачу: здесь ли она, или нет. Собака никогда не должна продвигаться вперед прежде, чем ее хозяин коснется ее рукой, или произнесет слово «вперед», простирая низко и горизонтально вытянутую руку.

Очень важно, чтобы собака отличала жест, означающий медленный подход, от жеста, назначенного для посыла в поиск, в противном случае на филдтрайлсах возможна катастрофа.

Если дичь поднялась на глазах у собаки, придержите ее лежа добрых три минуты, если дичь убежала, заставьте ее снова искать по приказанию: «брось», но не позволяйте никогда искать по следу.

Розыск по следу допустим только при отыскивании раненой птицы.

Вы скоро отдадите себе отчет, дядюшка Клодомир, в невыгоде позволять собаке замирать на подводке по прямой линии к дичи, бегущей далеко впереди, ибо при этом много шансов за то, что Вам никогда ее придется стрелять куропаток, которые, в конце концов, поднимутся на крыло вне выстрела, и за то, что другая дичь может остаться непричуянной в стороне от линии подводки.

Я видел недавно, как сука пойнтер сделала стойку на краю свекловичного поля, затем, по приказанию, поднялась, сделала десять шагов по ветру, а когда заметила, что куропатки убежали, снова пошла в поиск челноком и успела сделать направо и налево от нас три твердые стойки по отдельным беглянкам, тогда как большинство выводка, отбежав, снялось в ста метрах от нас на границе поля.

Я знал много собак, проходивших поле по прямой линии на длинной поводке; большинство публики говорило: «Ах, как это красиво», я же думал: «Вот это плохо».

На настоящей охоте бесконечно ведущие собаки доставляют мало случаев стрелять дичь и заставляют много ходить своего хозяина.

Я вспоминаю, как на филдтрайлсах грифон Дерпье-Ами барона Гингнна, причуяв пару куропаток, бежавших вперед, продолжал работать тем же челноком против ветра; всякий раз, как славная собака проходила как раз под ветром от куропаток, она поворачивала нос в их сторону, давая знать, что она продолжает их хорошо чуять, и кончила тем, что сделала по ним встречную стойку в конце одного из движений своего челнока, когда куропатки неожиданно отбежали в сторону, и в то же время она добросовестно обыскала свой участок.

Приказывая: «Брось» и посылая жестом Фрама направо и налево, Вы достигнете этой осторожной и имеющей практическое значение работы.

Перевод с французкого: П. А. Шестакова, Н. Новгород: " СММ ", 1993 год.

Источник: http://www.e-reading.org.ua/